ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ ПОД ОБЩЕЙ РЕДАКЦИЕЙ ДМИТРИЯ РОГОЗИНА
ОГЛАВЛЕНИЕ
ГЛАВА 11. ВОЕННОЕ ПРОТИВОСТОЯНИЕ ГОСУДАРСТВ И СТРАТЕГИЯ СДЕРЖИВАНИЯ

11.12. НЕПРИЕМЛЕМЫЙ УЩЕРБ В ВОЙНЕ

НЕПРИЕМЛЕМЫЙ УЩЕРБ В ВОЙНЕ - уровень поражения вооруженных сил, военно-промышленных объектов, систем государственного и военного управления, при котором государство теряет возможность продолжать войну или лишается политических и экономических мотивов ее дальнейшего ведения. Достигается нанесением противнику таких потерь, компенсация которых возможна лишь в отдаленной перспективе. Также осуществим в случае разрушения всего экономического потенциала государства, в связи с чем дальнейшее ведение им борьбы ведет к необратимому ухудшению обстановки и, в конечном счете, к капитуляции.

Исторический опыт показывает, что принципом сдерживания любой агрессии является угроза неотвратимого и неприемлемого возмездия от государства, подвергнувшегося нападению. Агрессор всегда оценивает ожидаемые «плоды войны. и сопоставляет их с возможным ответным ущербом.

Неприемлемый ущерб служит для потенциального агрессора прогнозным ориентиром, сдерживающим его от нападения даже при наличии факторов, обеспечивающих ему военный успех. По сути, неотвратимость нанесения агрессору ответными действиями неприемлемого ущерба лишает его мотивов развязывания войны. И только ложный прогноз и авантюристическая неадекватность восприятия действительности элитами страны-агрессора могут толкнуть его к началу кровопролития. Тем не менее, эти субъективные факторы не уберегут агрессора от катастрофичных последствий его разрушительной политики.

Любое миролюбивое и экономически развитое государство для сдерживания (предотвращения) агрессии должно самостоятельно (или в составе коалиции дружественных государств) обладать демонстративной способностью нанесения агрессору неприемлемого ущерба. В этом случае потенциал сдерживания будет принят во внимание любым потенциальным агрессором.

В мирное время фактор неприемлемого ущерба требует от потенциального агрессора учета неизбежных собственных катастрофических потерь в подготавливаемой им войне. В период войны этот фактор воздействует на противника в рамках активной обороны.

Слабые в военном отношении государства не могут применять фактор неприемлемого ущерба. Его реализация для них может быть осуществлена либо путем создания гибких коалиций, заключения союзнических, носящих обязывающий характер отношений с сильными в военном отношении государствам., либо вхождением в крупные военно-политические блоки. Так или иначе, фактор сдерживания агрессора связан с системой коллективной безопасности.

Неприемлемый ущерб теоретически может воплощаться в трех наиболее характерных стратегических сценариях или их комбинациях:

- наименее трагический (с точки зрения последствий для мирного населения воюющих сторон), состоит в отражения агрессии посредством разгрома вторгшихся ударных группировок противника и выдворения их остатков с собственной территории. В результате агрессор теряет физическую способность к повторному вторжению и продолжению войны. Этот сценарий может быть реализован миролюбивым государством, имеющим явное военное превосходство над агрессором или, по крайней мере, примерно равный с ним боевой потенциал;

- реалистический, состоит в сдерживании эскалации агрессии за счет последовательного уничтожения высокоточным обычным оружием боевого и военно-промышленного потенциала неприятеля. При этом сценарии агрессор теряет политический смысл продолжения войны, хотя и сохраняет физическую возможность ее продолжения;

- наиболее разрушительный, но единственно возможный для более слабого в военном отношении государства, состоит в его способности (в случае вторжения агрессора) наносить ядерным оружием удары по заранее выбранным «целям-заложникам» агрессора, представляющим собой жизненно важные экономические объекты (например, АЭС, гидроузлы, плотины, энергетические установки, химические заводы, нефтяные терминалы), скопление живой силы неприятеля (воинские контингенты) и даже крупнейшие населенные пункты.

Наиболее скоротечным может быть третий сценарий, так как в результате разрушения ключевых объектов и, как следствие, острого ухудшения экологической обстановки, станет невозможной не только экономическая, но и военная деятельность воюющих сторон.

Разнообразие комбинаций из приведенных выше сценариев достаточно велико, однако, для обороняющейся стороны любая из выбранных комбинаций должна быть ориентирована на достижение в ответных действиях неприемлемого для агрессора ущерба.

Спектр воздействующих на агрессора факторов, влияющих на достижение неприемлемого ущерба, чрезвычайно разнообразен. В стратегическом смысле желательно, чтобы любая их совокупность была способна достаточно быстро обеспечивать физическую невозможность, а в военно-политическом смысле - целевую бессмысленность к продолжению агрессии, если она уже развязана. В этом и состоит сущность неприемлемого ущерба как универсального средства сдерживания агрессора от развязывания войны или ее продолжения.

Важно отметить и то, что способность к нанесению неприемлемого ущерба любым государством, владеющим высокоточным дальнобойным оружием, способным разрушать экологически опасные объекты агрессора и другие жизненно важные цели, уравнивает активно задействованную военную мощь противоборствующих сторон, находящихся на существенно разных уровнях экономического и военного развития.

В этой связи к числу наиболее сложных военно-экономических проблем относится вопрос ресурсного обеспечения способности государства для нанесения агрессору неприемлемого ущерба. Если в теоретических оценках ядерных войн есть некоторые исходные данные для расчета сил и средств сдерживания, то для анализа обычных (неядерных) сил и средств сдерживания дело обстоит много сложнее. При этом наиболее актуальной задачей является качественно-количественное обоснование состава и структуры постоянно задействованных неядерных компонентов вооруженных сил мирного времени – боевого потенциала ВС.

Сложность расчета состоит в том, что в силу психологических различий в менталитете правящих элит и общества стран, представляющих разные цивилизации (западную, восточно-христианскую, исламскую и т.д.), уровень неприемлемого ущерба для этих государств также может существенно отличаться. Например, в странах исламского мира восприятие неприемлемого для них ущерба связано во многом с менее экологически ранимой инфраструктурой их экономики, а также с иным религиозно-нравственным отношением элиты к своему населению, а также в целом элиты и населения – к войне и миру.

Поэтому расчет неприемлемого ущерба требует коллективно-эвристических оценок с привлечением к нему ученых и специалистов гуманитарных научных школ. Попутно заметим, что этот фактор оценки возмездия, равно как и вызванные разрушением материальных объектов человеческие жертвы в расчетах либо игнорируются вовсе, либо учитываются в качестве «сухого остатка». При этом недостаточный учет психологических факторов неприемлемого ущерба приводит – в мирное время - к завышению расходов на оборону или – во время войны – к превышению необходимого уровня самозащиты от агрессии и нанесению государству-агрессору неоправданно высокого ущерба, сопровождаемого массовой гибелью гражданского населения.

Фактор эффективности неприемлемого ущерба проверен многолетней практикой отношений между ядерными государствам., между которыми не было ни одного прямого силового конфликта. Достаточно привести пример благоприятного разрешения Карибского кризиса в тот период «холодной войны, когда США имели семнадцатикратное превосходство над СССР в стратегическом оружии и в средствах его доставки к целям (5000 ядерных баллистических ракет против 300), но первыми проявили мирные инициативы.

«Неприемлемый ущерб», как важнейшая интегральная дефиниция в структуре оценок и практических действий любой оборонительной стратегии, не должен позиционироваться как устрашающий символ военной мощи. Если потенциальный агрессор будет сознательно введен в заблуждение и в итоге переоценит военную мощь своего противника, то это приведет к наращиванию им своих военных «мускулов». Это в свою очередь потянет гонку вооружений – ведь противник также будет вынужден наращивать свои затраты на оборону.

Может сложиться и иначе: агрессор, недооценив оборонную мощь своей «жертвы», пытается воспользоваться её «немощью», развязывая против нее военные действия.

Разумеется, оборонное строительство и военные приготовления не могут быть абсолютно транспарентны другим государствам. В современных условиях роль удержания секретов, особенно по «прорывным» военным технологиям и технологиям «двойного назначения», резко возрастает. Это связано не только с обеспечением военной безопасности.государства, но и с необходимостью противодействия военно-промышленному шпионажу и завоевания (удержания) рынков экспорта военной продукции.

Но при этом сильному в военном отношении государству не следует укрывать и замалчивать свой военный потенциал, способный нанести любому агрессору «неприемлемый ущерб». Он должен быть официально продекларирован, но не как средство устрашения, а как фактор сдерживания любой агрессии. В этом случае «неприемлемый ущерб» явится эффективной мерой обеспечения региональной и международной военной безопасности.